В 2012 году писатель Джон Шеттлер опубликовал роман «Киров», где, помимо прочего, как пример безответственности, встречающейся в России, упоминается о катастрофе самолета Ту-134, случившейся из-за пьяного пилота, которого незадолго до этого бросила жена. Хотя роман написан в жанре альтернативной истории, этот инцидент с самолетом действительно имел место – за год до выхода книги, под Петрозаводском. Катастрофа стала крупнейшей на территории Карелии, и в ней на самом деле был замешан пьяный член экипажа, хотя причины крушения сводились не только к нему.

ВНИЗ БЕЗ КОНТРОЛЯ

20 июня 2011 года Ту-134 авиакомпании «РусЭйр», выполнявший рейс по маршруту Москва – Петрозаводск, вылетел из аэропорта Домодедово в 22.30. На его борту находились 52 человека – 43 пассажира и 9 членов экипажа под командованием 44-летнего Александра Федорова. На рейс были приняты и пассажиры, которые должны были лететь по тому же маршруту 17 июня несостоявшимся рейсом авиакомпании «РусЛайн».

 В 23.10 на подлете к Петрозаводску экипаж предупредили, что погода в районе аэропорта не соответствует эксплуатационному минимуму, утвержденному компанией «РусЭйр». По авиационным правилам, пилоты в таких случаях не имеют права выполнять снижение и заход на посадку, однако командир решил продолжить полет. В 23.36 штурман-инструктор Аманберды Атаев сообщил, что до полосы остался 21 километр, и командир приказал бортмеханику Виктору Тимошенко выпустить закрылки. При их выпуске увеличивается подъемная сила крыла, и командир экипажа Федоров должен был компенсировать ее отклонением штурвала «от себя», но не сделал этого, поскольку был занят высматриванием наземных ориентиров и огней аэродрома.

В 23.39, за три километра до полосы, самолет пересек заданную глиссаду снижения на высоте 150 метров. Для ее выдерживания требовалось установить вертикальную скорость 4 м/с, но командир продолжал держать ее на уровне 5–5,5 м/с, будучи занятым другим.

Второй пилот Сергей Карякин по инструкции обязан был в этом случае дать команду «крутое снижение», после чего самолет следовало увести на второй круг, но этого тоже сделано не было. Высматривая сквозь непогоду огни и ориентиры, Федоров не передал управление второму пилоту, и контроль за параметрами снижения был упущен окончательно.

 Вскоре лайнер начало сильно кренить вправо. В 23.40 на высоте 60 метров сработал сигнал GPWS – предупреждение об угрозе столкновения с землей. После этого командир был обязан немедленно начать уход на второй круг, но вместо этого продолжал вглядываться в темноту за стеклом. В случае бездействия командира второй пилот должен был начать уход самостоятельно, но тоже не сделал этого. Попыток уйти на второй круг экипаж не предпринимал вплоть до столкновения с деревьями.

Первой лайнер задела сосна высотой 25 метров. Почувствовав это, Федоров до упора отклонил штурвал, сильно задрав нос самолета и создав закритический угол атаки. Продолжая задевать деревья, Ту-134 пролетел еще 510 метров от места первого столкновения, оборвал провода ЛЭП и на 16-м километре автотрассы Петрозаводск – Суоярви в практически перевернутом положении врезался в бруствер дороги. Последнее, что в 23.40 зафиксировал речевой самописец, был звук удара и крик второго пилота: «Е… твою мать!!!» После удара машина пробороздила 150 метров по земле и остановилась у жилых домов деревни Бесовец, полностью разрушившись и вспыхнув.

ЧУДО НЕ ДЛЯ ВСЕХ

В момент крушения погибли 44 человека – 8 членов экипажа и 36 пассажиров, среди которых было 7 детей. Чудом выжить удалось лишь семи пассажирам и стюардессе Юлии Скворцовой – все они при этом получили тяжелые ранения. Подоспевшие местные жители оттащили раненых подальше от горящих обломков. На следующий день один из выживших, 9-летний ребенок, умер в больнице. 25 июня скончалась еще одна пассажирка, а днем позднее умер мужчина. Таким образом, число жертв увеличилось до 47.

«Когда мы летели, туман был  сплошное молоко, ничего не видно, – расскажет позже карельскому изданию «Губернiя Daily» Сергей Еремин, один из выживших. – Приземлялись ровно по графику, где-то в 23.35. Смотрю в иллюминатор и вижу, как мы начинаем крыльями срезать елки. Потом – резкий удар, дым в салон повалил. Я увидел, как с левой стороны, где безопасный выход, вырвало кусок фюзеляжа – по нему и выбрался. Передо мной еще был мужчина, я его выпихнул из салона и вслед за ним выпрыгнул сам».

Из-за трагедии в Карелии объявили трехдневный траур. Через год на месте крушения был открыт мемориал в форме обгоревшего крыла самолета, над которым взлетает стая из 47 птиц – по числу жертв. Их имена были высечены на каменных досках, оформленных в виде обрывков фюзеляжа с иллюминаторами. В память о жертвах неподалеку от мемориала в тот же день была освящена часовня.

СПЕШКА В НИКУДА

Расследование катастрофы проводил Межгосударственный авиационный комитет (МАК). Согласно его отчету, опубликованному 19 сентября 2011 года, трагедия произошла из-за того, что экипаж не принял решение об уходе на второй круг, хотя самолет и заходил на посадку ниже минимально безопасной для тех погодных условий высоты.

Среди причин было названо также неадекватное взаимодействие между членами экипажа. Штурман Атаев, будучи пьяным (в его крови обнаружат 0,81 промилле алкоголя), проявлял бешеную активность. «Пошустрей крути, Саш! Крути быстрее, а?» – подгонял он командира Федорова, и тот полностью доверился его указаниям. Увлекшись, оба пропустили отметку, когда надо было принять решение продолжать снижаться или уходить на второй круг (что, кстати, несколько раз советовал им сделать диспетчер).

Почему же Федоров как командир следовал указаниям Атаева? Возможно, потому, что тот был не просто штурманом, а штурманом-инструктором, то есть лицом, которое включают в состав экипажа для обучения и проверки. При этом Атаев был старше и опытнее Федорова – на Ту-134 он налетал 13 464 часа, тогда как Федоров всего 3158. А еще политика авиакомпании «РусЭйр» требовала от пилотов строго придерживаться расписания, опоздания и задержки не приветствовались. Неудивительно, что в такой ситуации командир поддался требованию «быстрей-шустрей», а второй пилот фактически устранился от управления воздушным судном в конечной фазе полета.

Но не только действия экипажа привели к катастрофе. МАК выявил плохое состояние светотехнического оборудования в аэропорту (потому-то экипаж и не мог разглядеть в темноте его огни) и обнаружил в разбившемся самолете морально устаревшие приборы, не позволявшие точно заходить на посадку в сложных метеоусловиях. Да и на земле метеорологическое обеспечение полета было организовано с нарушением правил безопасности, за что попали под суд чиновник Росавиации и руководство аэропорта.

Катастрофа под Петрозаводском стала последним трагическим инцидентом с участием Ту-134 и поворотным моментом в его летной истории. С 2012 года Минтранс РФ постепенно начало выводить эти лайнеры из эксплуатации как устаревшие физически и морально. В последний рейс с пассажирами Ту-134 ушел 21 мая 2019 года по маршруту Иркутск – Мирный. В наши дни его эксплуатацию продолжают только военные.

Леонард КАПЛЕНКО