Минтранс вынес на общественное обсуждение проект изменений в правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, содержащий дополнительные требования к проведению работ, проезду и переходу через железнодорожные пути. Нововведения в интервью «ТБ» прокомментировал руководитель регионального отдела контроля железнодорожного транспорта филиала Транспортной инспекции по Витебской области Леонид Терешко.

– Я согласен с тем, что изменения в отрасли назрели. В этом году в Витебской области ситуация с непроизводственным травматизмом на железной дороге складывается удовлетворительно. Не зафиксировано ни одного ДТП на железнодорожных переездах. А такие случаи, как правило, приводят к серьезным трагическим последствиям.

Что повлияло на положительный результат? Серьезная работа. Недавно совместно с представителями стальной магистрали, дорожных организаций и ГАИ мы участвовали в комиссионном обследовании железнодорожных переездов. Обращали внимание на каждую «мелочь»: установку знаков, качество дорожного полотна на переездах, обзорность пути. Кстати, на многих железнодорожных переездах области установлены камеры видеонаблюдения, которые в том числе доступны сотрудникам ГАИ. Они имеют возможность штрафовать нарушителей. Такие камеры работники магистрали поставили по решению Витебского облисполкома после рассмотрения этого вопроса на комиссии по безопасности дорожного движения. Я бы предложил еще поставить дополнительно информационные таблички, указывающие на ведение фотовидеофиксации переезда. Согласен, табличка не остановит нарушителя. Но понимание, что за нарушением последует неминуемый штраф, заставит многих соблюдать требования ПДД.

– Одно из нововведений – запрет на нахождение вблизи железнодорожных путей в наушниках…

– Это требование выстрадано самой жизнью. Помню, как несколько лет назад на территории Витебского отделения БЖД студент в наушниках шел по путям домой и не услышал звук приближающего поезда. Результат – смертельная травма. Таких случаев хватает. Иное дело, каковы будут механизмы выявления людей, которые ходят вдоль путей в наушниках? Сейчас функции транспортной милиции переданы в РОВД, а там всегда дел других хватает.

– А с пьяными как бороться?

– Я работал заместителем начальника транспортной милиции в Витебске и знаю, что только контроль со стороны сотрудников помогает убрать пьяных с территорий вблизи железнодорожных станций.

Есть еще одна радикальная мера – запрет на реализацию спиртного. Когда такие ограничения вводились, пьяных становилось меньше. Естественно, в нетрезвом состоянии человек не всегда отдает отчет своим действиям. Уже в этом году на одном из перегонов в Витебске под поезд попал пьяный – спал, сидя на путях. В таких ситуациях мне всегда больше жаль машиниста и его помощника. Поезд, даже применяя экстренное торможение, сразу не остановишь. Ужесточение ответственности за нахождение на путях в нетрезвом состоянии лишним не будет.

– Предполагается и запрет перемещения людей на платформах на роликовых коньках и других средствах персональной мобильности…

– Это веяние времени. Напоминание о том, что железная дорога – не место для прогулок, которое звучит на железнодорожных станциях, не просто так произносится. Человек у железнодорожных путей должен устойчиво стоять на ногах. Одно неловкое движение, можно упасть. Помню на моих глазах в Витебске при проезде дизель-поезда на пути упал мужчина. Он и трезвый был, и без роликов, а так случилось… Пошатнулся и упал с платформы на пути при приближении состава. Я его еще помогал вытаскивать, он в Шумилино ехал, ветеринаром работал. Никто не знает, почему его вдруг повело… Может, с сердцем что-то стало или  усталость накопилась.

Для катания на роликах есть другие места. Даже на велосипеде возле железной дороги делать нечего. Кстати, в Витебском отделении идут на собственные затраты и строят при подходах к станциям велопарковки. У человека есть возможность оставить велосипед и ехать спокойно по своим делам, по возвращении – забрать его. Места для велопарковок находятся вдали от железнодорожных путей. На отдельных станциях выполняются работы по устройству турникетов с извилистым путем. Там на велосипеде не проедешь и бегом не пробежишь. А именно спешка чаще всего становится сопутствующим фактором при травмировании людей на железной дороге.

Моя работа в той или иной степени связана со стальной магистралью с 1981 года. Видел и знаю многое, но привыкнуть к тому, что люди гибнут на рельсах, не могу. Поддерживаю любые меры, соблюдение которых усиливает вопросы безопасности.

– Если помните, раньше на железнодорожных станциях вывешивали на стенгазетах информацию о погибших с шокирующими фото… Отрезанные головы, руки, ноги… Потом это запретили. Почему?

– Думаю, здесь дело в этике. Кому из родных погибшего понравятся его обезображенные фото. Даже если человек сам виноват в гибели. Допустим, напился и лег спать на путях, что, к сожалению, бывает. Не пил же он всю свою жизнь! И, наверняка, успел сделать что-то хорошее, был кому-то близок и дорог.

Когда я работал в транспортной милиции, то ходил по путям и собирал останки погибших людей по частям – человека, если попадает под поезд, рвет на кусочки. Потом мы эти фрагменты в целлофановые мешки собирали и складывали, прежде чем в морг отправить. Ужасная картина. Не у каждого сил хватает на это смотреть.

– Отдельно в проекте изменений в правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, содержащем дополнительные требования к проведению работ, проезду и переходу через железнодорожные пути, уделяется выпасу скота. Почему?

– Это актуально. На железнодорожных путях между Витебском и Полоцком как-то оказалось стадо коров. Ночью животные остались без контроля. Пастух уснул, они прорвали проволочное ограждение. В результате сначала несколько коров сбил грузовой поезд, а потом еще с животными столкнулся и пассажирский состав. Беспечность пастуха привела к серьезным задержкам в расписании движения.

Беда в том, что раньше многие животноводческие фермы возводили вблизи железнодорожных путей, почему-то считая, что животные туда не пойдут. А дорога манит не только коров, но и диких зверей. Она для них также является источником соли. Думаю, руководители хозяйств должны понимать, что только на пастуха и электроогражение надеяться не стоит. Надо запретить законодательно выделять места для пастбищ вблизи железнодорожного полотна.

Прогон скота через железнодорожные пути – тоже не безопасное мероприятие. Такие вещи надо исключать на стадии проектов строительства животноводческих комплексов. Понятно, если это населенный пункт и гражданину надо перевести через железнодорожный переезд свою корову, то он на привези это осуществит. А в стаде коровы могут быть неуправляемы.

– А чем опасен лов рыбы у железнодорожных мостов?

– Железнодорожные мосты – важные инфраструктурные объекты, к которым даже приближаться всегда было запрещено.

– Вы многое видели за свою карьеру. Вспомните случай, который запомнился на всю жизнь…

– Запомнилось произошедшее на железнодорожном переезде под Витебском. Под поезд попал автомобиль, за рулем которого находился музыкант. А ситуация развивалась так. На железнодорожном переезде загорелся красный сигнал. Водитель остановился. Подождал пока пройдет грузовой состав и поехал, не дождавшись зеленого света. И сразу попал под другой поезд – он ехал навстречу первому. Естественно, автомобиль просто снесло с пути. Водитель погиб.

Эта история запомнилась тем, что супруга погибшего мужчины долго пыталась доказать, что семафор не работал. Мол, иначе бы муж не поехал – у него ведь музыкальный слух. Мы уже никогда не узнаем, что заставило его тронуться с места раньше времени. Но даже без музыкального слуха было понятно, что приближается еще один состав. Более того, такая ситуация на этом переезде повторялась с четкой периодичностью и мужчина, возвращаясь домой, не раз пропускал два поезда сразу. Для него это не было в новинку.

Геннадий ЗАКРЖЕВСКИЙ, «ТБ»