Состояние здоровья человека, управляющего транспортным средством, – вопрос непраздный. От него зависят и жизни пассажиров, и судьба груза, и безопасность тех, кто движется рядом. Значение имеет все: от режима труда и отдыха до механизмов контроля. На бытовом уровне, конечно, можно свести вопрос к тахографу или хотя бы градуснику для дальнобоя. Однако на практике все много сложнее.

СВОЯ АЛЬТЕРНАТИВА

Об этом напомнил на сессии Международного транспортно-логистического форума (МТЛФ) в Санкт-Петербурге начальник управления научно-технической политики и информатизации Минтранса Беларуси Юрий Дубина. Он описал проблемы, с которыми наша страна столкнулась в процессе исполнения одного из ключевых международных соглашений в сфере транспорта – ЕСТР.

Справка «ТБ». Европейское соглашение о работе экипажей транспортных средств, производящих международные автомобильные перевозки (ЕСТР), подписано 1 июля 1970 года в Женеве. Беларусь присоединилась к нему в 1993-м. Документ содержит требования к водителям, нормативы по управлению, перерывам и отдыху, описание механизмов контроля за выполнением нормативов.

Расписано в ЕСТР буквально все, что касается организации работы и охраны труда водителей: от возраста до определений понятий «неделя», «отдых», «перерыв» и собственно тахографии. Документ серьезный – водитель может отходить от положений соглашения в той мере, в которой это необходимо для обеспечения безопасности находящихся в транспортном средстве лиц, транспортного средства или находящегося в нем груза. Однако характер и причины подобного отступления придется расписывать в регистрационном листке или на распечатке контрольного устройства на ближайшей подходящей стоянке.

Беларусь и Россия после введения односторонних ограничительных мер ЕС столкнулись со сложностями при выдаче карточек цифрового контрольного устройства. Выбираться из сложившейся коллизии решили на пару, создав совместную рабочую группу.

Как подчеркнул в интервью БЕЛТА начальник управления Минтранса, наиболее простым решением стал бы выход из ЕСТР, после которого ездить можно по регистрационным листкам. Но в Беларуси убеждены, что простота эта кажущаяся: такое решение чревато дополнительными рисками и процедурными нестыковками. Потому что в условиях высокого уровня цифровизации нужно принимать меры по облегчению работы водителей, контролирующих органов и снижать административную нагрузку.

В ходе белорусско-российских консультаций уже прорабатывается сценарий создания альтернативной системы, аналогичной ЕСТР. Белорусская сторона ратует именно за такой подход: «Предпочтительным остается вариант создания альтернативной системы контроля. Если рассматривать в этом качестве российскую тахографию, то нужно думать, каким образом ее усовершенствовать и оптимизировать под применение в международной практике». Немного деталей: тахограф (контрольное устройство) ЕСТР – это международные перевозки и международные стандарты ISO. Его российский собрат СКЗИ заточен под внутрироссийские стандарты, потому не признан даже ближайшими соседями России и вообще не подлежит вывозу за ее пределы.

Если выталкивают из международной системы, логично создать свою, но тоже международную. Юрий Дубина перечислил основные преимущества обсуждаемой альтернативы по сравнению с другими: независимость от иных систем, где применяется электронная цифровая подпись, использование открытых протоколов защиты данных, реализация принципа защиты информации по образцу ЕСТР и т.п.

ЭКОСИСТЕМА ТРАНСПОРТНОГО ЗДОРОВЬЯ

В России не так давно подняли тему контроля за здоровьем и состоянием транспортников не только в административно-процедурном, но и в концептуальном разрезе. В декабре 2025 года россияне утвердили Концепцию научно-технологического развития транспортного комплекса, и хотя главный ориентир там – беспилотный транспорт, медицине тоже место нашлось.

На сессии МТЛФ «Экосистема здоровья работников транспорта: институциональные стратегии развития медицины в цифровую эпоху» первый замминистра транспорта России Константин Пашков развернуто ответил на вопрос о том, какие именно научные исследования в сфере здравоохранения требуются сегодня транспортникам. «Утомляемость работников напрямую влияет на безопасность перевозок, особенно на протяженных маршрутах, будь то кабина поезда, самолета, грузовика или морское судно», – цитирует замминистра тг российского Минтранса. Потому первый и, пожалуй, главный на сегодня ориентир – технологические новшества, способные обеспечить контроль за состоянием водителя. Следует уделить внимание приборам бдительности и обеспечению безопасности движения поездов. Тем же путем движется прикладная наука и за рубежом, например, недавно отредактированные протоколы автотестов на безопасность Euro NCAP.

Константин Пашков особо выделил проблему, вокруг которой выстроена принятая в декабре концепция – автономная революция, беспилотный транспорт: «Ключевым остается человек-оператор, который контролирует движение в реальном времени. Это создает новые медицинские и законодательные вызовы, включая совершенствование пред- и послерейсовых проверок».

Насчет проверок: в России активно критикуют сегодняшнюю практику предрейсовых медосмотров за формализм и процедурную затратность, причем звучит эта критика как в Госдуме, так и в бизнес-ассоциациях.

Третий тезис замминистра состоит в том, что присмотрят не только за водителем, но и за пассажиром: «С ростом числа пользователей общественного транспорта важно предотвращать массовые инфекции и выявлять группы риска, включая психоэмоциональные и медицинские отклонения. Современные технологии, в том числе ИИ и камеры, позволяют анализировать состояние пассажиров еще до посадки, выявлять потенциальные медицинские проблемы и предотвращать инциденты, снижающие безопасность перевозок».

Не поспоришь: функционирование глобальной транспортной системы во время пандемии COVID еще на слуху. Так что и пассажиру нужен присмотр – пусть и без тахометра.

Кирилл НЕЖДАНСКИЙ