Помните присказку про гибрид бульдога с носорогом? Смешно? А если речь про гибрид дирижабля с самолетом? Соответствующую аббревиатуру для британской компании, занимающейся такими проектами, уже придумали – HAV (Hybrid Air Vehicles). Разбираемся, поможет ли гибридный дирижабль пассажирским и грузовым перевозкам, а также насколько он безопасен.

Airlander 10, о котором идет речь, представляет собой «летающее крыло», только сильно деформированное, надувное и сдвоенное. Если прибегнуть к авиатерминологии, это «двухэллипсоидный планер, который придает крылу форму, не провисающую, когда 10 тонн груза подвешены в гондоле под ним». Увы, британцы есть британцы: The Guardian пишет, что из-за сдвоенной компоновки и округлых очертаний разработчики называют свой самолетодирижабль «летающей задницей» или, чуть мягче, «лентяем».
Зачем надувать лентяя?
Том Гранди, гендиректор HAV, утверждает, что Airlander – компромисс между двумя крайностями: скоростными, но загрязняющими окружающую среду и дорогими в эксплуатации самолетами и экологичными, дешевыми, но медленными паромами. «Это быстрее поездки на пароме. Часто это быстрее поездки на поезде, очень часто быстрее поездки на автомобиле», – уверяет он.
Ниша, на которую претендует Airlander, – это короткие перелеты региональных авиакомпаний: в этом формате затраты «сопоставимы или ниже затрат на эксплуатацию небольших самолетов». Европейская авиакомпания Air Nostrum декларировала намерение приобрести 20 таких машин для перевозки туристов между средиземноморскими островами. Люксовая турфирма Grands Espaces строит планы туров на дирижабле по Арктике. Сама же HAV предлагает заменить на А10 паромы до Шотландии и Ирландии.


Главный довод в пользу дирижабля – не экономический, а экологический: мол, такой летающий аппарат на 90% меньше загрязняет окружающую среду, чем самолет. Прототипы Airlander испытывались и в режиме цифровой симуляции, и вживую – в 2016–2019 годах над Лондоном. Сейчас HAV подумывает о серийном производстве.
Справка «ТБ». В планах HAV – масштабирование прототипа до воздушного судна, способного перевозить 10 тонн груза или до 130 пассажиров с максимальной скоростью до 145 км/ч. Для этого в Донкастере (Южный Йоркшир) к 2030 году будет построен завод, способный при штате 1200 человек выпускать до 20 дирижаблей в год.
Но планы техноэнтузиастов всегда масштабнее, чем можно представить. В замыслах HAV – 50-тонная и 120-метровая версия Airlander для грузоперевозок и подъема гигантских лопастей ветряных турбин на возвышенности, а в дальней перспективе – 200-тонный дирижабль, превосходящий по грузоподъемности Airbus A380, которому по плечу лишь
84 тонны. Зачем такая дылда? Пересекать Тихий океан!
Плюсы, минусы, подводные камни
Большой плюс дирижабля – то, что он не привязан к взлетно-посадочным полосам: нужна только ровная площадка около 200 метров в поперечнике и мачта, чтобы швартануться. Добавим сюда низкое энергопотребление: А10 на 60% подъемной силы использует принцип воздушного шара, да и двигатели на него можно поставить любые (создатели мечтают о водородных). Грузоперевозки на дирижабле обещают быть дешевле, чем на самолете, вертолете, корабле. В режиме круизного лайнера дирижабль просторнее и комфортабельнее теплохода: в VIP-классе для туристов можно сделать даже двухместные спальни.
Переходим к минусам. Безопасность дирижаблей ставится под сомнение с 1937 года, когда немецкий «Гинденбург» что есть силы рванул над Нью-Джерси. Airlander куда менее уязвим: наполнен он не водородом, а негорючим гелием, да и изготовлен из ультрасовременного кевлара, из которого делают ультрапрочные солдатские каски. Еще один довод в пользу безопасности: изначально Airlander проектировался по заказу Пентагона, нуждавшегося в самолете-разведчике. Самолетодирижабль способен находиться в воздухе в течение пяти дней, что делает его в 10 раз дешевле, чем БПЛА с неподвижным крылом, и проще в управлении, чем аэростаты-шпионы. Военные разработки часто безопаснее гражданских, поскольку производятся с учетом экстраординарных условий эксплуатации.
Короче, масса достоинств, но и недостаток неоспорим: всем, начиная с инвесторов, чрезвычайно сложно принять за «новую нормальность» этот вид транспорта. Лучшее тому свидетельство – финансовое положение HAV.
Справка «ТБ». В 2007–2025 годах HAV потратила 140 млн фунтов стерлингов. На конец 2023 года у компании было всего 400 тыс. фунтов «живых» денег. Сейчас она намерена привлечь 300 млн фунтов в качестве акционерного капитала и воспользоваться депозитами по заказам на 1,5 млрд для обеспечения положительного денежного потока.
Схожая финансовая картина наблюдается и у европейских конкурентов HAV – французской Flying Whales, разрабатывающей грузовые дирижабли, и Lighter than Air Research (LTA), проектирующей модели для спасательных и гуманитарных целей. А немецкие Lilium и Volocopter и вовсе объявили о банкротстве в конце 2024 года.
Надуться по-русски
Интерес к дирижаблям существует и в России. Например, в 2024 году в Новосибирске была представлена разработка Института теплофизики Сибирского отделения РАН – высокоманевренный беспилотный дирижабль с циклическими движителями, не нуждающийся даже в причальной мачте. Большой резонанс имели предложения ученых из Кузбасса экспортировать уголь не по железной дороге, а с помощью дирижаблей: по стоимости сопоставимо, но объемы ничем не ограничены, да и груз прибывает сразу в конечную точку. С какой стороны ни подходи, перевозка одной тонны груза с помощью дирижабля и один час его летного времени примерно в четыре раза дешевле, чем на вертолете.
Крупногабаритные грузы, отдаленные местности, безальтернативные маршруты… Северный завоз? Да! «В целях обеспечения стратегического доминирования России в Арктике, вовлечения в экономический оборот природных ресурсов в труднодоступных районах и создания благоприятных условий для жителей Крайнего Севера требуется создание всесезонного транспортного средства», – цитирует ТАСС руководителя АО «Север» Михаила Ушакова.
Современные технологии способны сделать дирижабль более экономичным и безопасным, чем в былые времена. Но инвестиционный барьер перед созданием новой отрасли, который мы наблюдали на примере БПЛА, пока остается непреодолимым.
Алексей КАРАМАЗОВ