28 января правительство Литвы по предложению местного таможенного ведомства запретило въезд на территорию страны грузовым авто из Беларуси и России с объемом топлива в баках свыше 200 литров.

ВЗГЛЯД ИЗ ЛИТВЫ: ТОЧКА СЛИВА

Впервые о решимости измерять уровень топлива в баках грузового автотранспорта Литва заговорила в январе-феврале прошлого года. Мотивация была схожа с сегодняшней: «Грузовики, управляемые водителями из третьих стран, часто выбирают нелогичные маршруты, останавливаются и перемещаются по Литве с непонятными целями. Из-за этого их транзитный путь занимает в несколько раз больше времени, чем следовало бы при оптимальном и логичном планировании маршрута».

Цифры тогда озвучивались такие: за поездку с фуры можно слить 800–1000 литров, от продажи слитого бюджет Литвы теряет до 20 млн евро ежегодно. С 12 марта литовская сторона ввела обязательное электронное декларирование топлива в баках грузовых транспортных средств через таможенный портал iMDAS.

Осенью правительство направило в сейм поправки к закону об акцизах, вступающие в силу с 1 июля – 200-литровое ограничение на провоз топлива в баках было заложено именно там. Глава Минфина страны Криступас Вайтекунас тогда утверждал, что это «частично решит проблему ввоза дизельного топлива из России и Беларуси, где акцизы значительно ниже».

И вот 28 января правительство Литвы объявляет запрет на въезд российских и белорусских грузовиков, если в их баках – более 200 литров. Расчет строится на предположении, что топливо сливает каждая белорусская или российская фура, причем крайне щедро.

Справка «ТБ». По данным Таможенного управления Литвы, ежесуточно в страну въезжает до 200 грузовиков с российской и белорусской регистрацией, ежемесячно – до 7,1 тысячи. С каждой фуры сливается по 500 литров топлива, что дает 100 тыс. литров в день. Ущерб для бюджета оценивается в 2,2 млн евро в месяц и до 26,5 млн в год.

Местные СМИ описывают процедуру сброса белорусской или российской соляры так: «Как только они въезжают на территорию Литвы, останавливаются и ждут несколько часов… Затем перемещаются и рыскают по стране, делая крюки и заезжая в неизвестные районы. Мы подозреваем, что таким образом автомобили попадают на нелегальные склады».

Самый надежный способ борьбы с нарушениями – изобличение нарушителей. Год назад Литва анонсировала усиленное патрулирование в местах предполагаемого слива, но, как и в случае с контрабандой сигарет, что-то не заладилось. А вдруг обнаружится, что белорусы или россияне если уж сливают соляру, то не в безвоздушное пространство, по принципу «забирайте даром, люди добрые», а конкретным контрагентам – из числа граждан Литовской Республики и иных стран ЕС? Ведь ни один бизнес невозможен без покупателя.

ВЗГЛЯД ИЗ БЕЛАРУСИ: ОТКУДА СТОЛЬКО?

Развернутых официальных (со стороны госорганов) или экспертных (со стороны грузоперевозчиков) комментариев по поводу литовского 200-литрового лимита в Беларуси пока ждать не стоит: комментировать можно лишь то ограничение, которое уже работает на практике.

Но кое-что нужно отметить сразу. Да, существует проблема нелегального слива топлива. Внутри Беларуси она, кстати, успешно решается: во-первых, за последнее десятилетие приговоры по таким делам стали заметно жестче; во-вторых, современные автоматизированные системы мониторинга позволяют лучше контролировать и транспортное средство, и содержимое его бензобаков. Иное дело – пограничье: риск здесь экономически обоснован кратной разницей в ценах, да и большая часть криминального слива традиционно приходится на крупногабаритную технику.

Литовское законодательство предусматривает за незаконный слив ответственность в виде штрафа и конфискации топлива, а то и самого транспортного средства. Коль скоро проблема столь остра, почему бы не разрешить ее совместно с белорусскими таможенниками и правоохранителями?

Падение сбыта литовской соляры на внутреннем рынке имеет давнюю историю. По состоянию на конец 2025 года ставка акциза на дизтопливо в Литве была самой высокой среди стран Балтии. Национальная ассоциация автоперевозчиков Linava честно признавала: да, наши дальнобои заправляются в Польше или Эстонии, где дешевле. Расчеты польских или эстонских дизельных бенефитов прилагались. Потому не стоит фантазировать, умножая 200 грузовиков на 500 литров: то ли с цифрами что-то не то, то ли за спиной наших соседей по обочинам дорог выстроился с канистрами наперевес весь Евросоюз.

ВЗГЛЯД ИЗ РОССИИ: 200 ЛИТРОВ МОЖЕТ НЕ ХВАТИТЬ

В практическом ракурсе инициативу Литвы по контролю за бензобаками калининградскому деловому порталу RuGrad откомментировал соучредитель российской транспортной компании «Сталена» Сергей Гоз. По его оценке, 200 литров – это топливный минимум с подстраховкой: может хватить, а может и не хватить. Зимой расход топлива, естественно, больше.

Гоз откровенно признал, что излишек в баке присутствует по причинам, указанным выше: «Есть то количество топлива, которое не выбирается, литров 50–80 в баках всегда болтается… Остается 110–120 литров на все про все, Литва – это где-то 250–300 км… У водителя должен быть запас, чтобы работал автономный отопитель, который тоже берет на себя определенное количество топлива. Зимой норма расхода увеличивается на 10–15%. Объективно, это впритык, я бы даже сказал, что сильно критично впритык».

Прогноз последствий от российского грузоперевозчика таков: ограничения спровоцируют очередное увеличение стоимости перевозок из Калининградской области в другие регионы. Увы, рост цен из-за привычки соседей контролировать содержимое чужого бака неизбежен: «Все равно куда-то это будет заложено».

Игорь ВЕРШИНИН